На старом деревянном заборе, слегка ссутулившись, стоит дедушка. В его руках — потертый альбом, хранящий обрывки другой, более полной жизни. На пожелтевшем снимке их по-прежнему трое: молодые, еще не знающие слова «война».
Сейчас он здесь один — последний часовой их общей памяти.
Дедушка поднимает глаза к небу, а там, высоко-высоко, летят два белоснежных журавля.
Они летят парой, будто окликая того, кто остался на земле. В этом прощальном полете оживают души тех двоих, что не вернулись из боя, оставляя старику лишь светлую грусть и бесконечное небо, в котором они навсегда остались неразлучны.